Вход Регистрация
Назад
Литература о любви (моя литература, ИМХО...)
Нечего надеть…






И вот с завтраком покончено, посуда помыта. Встав перед зеркалом, Ксюша три раза провела щёткой по волосам, глянув на причёску, отложила щётку и пригладила рыжий ёжик руками. Далее оставалось, что называется напудрить носик, впрочем, обходилась Ксюша минимумом косметики, её лицо было и без того выразительным. Ксюше не давала покоя другая проблема! — нет, не что надеть, надеть было что. Что сегодня надеть!? И эта проблема у неё возникала довольно часто.



Гардероб у неё был небольшой, но состоящий из вещей, можно сказать, эксклюзивных, ведь она работала в художественном салоне. Туда сдавали свои работы мастерицы и по швейным делам, так что Ксения Валериевна, имея хороший вкус, на свою не самую большую зарплату умудрилась собрать хорошую коллекцию одежды. Всяких кофточек, свитерочков, жакетиков было вдосталь, и всё это можно было надевать, подбирая одно к другому, стоя перед зеркалом, примерять, задумчиво морщить лобик — и ведь на это может уйти вся жизнь!



Да, а если ещё принять во внимание неисчислимое количество всяких украшений — подвесок, брошек, висюлек, из которых можно сочетать тысячи комбинаций… Сами видите, в какое затруднительное положение попала Ксюша. К тому же, сегодня особый случай, ведь сегодня предстоит совершить большую покупку.


Но даже и не в этом дело, ведь она будет ходить по магазинам и торговым рядам среди множества людей и они, то есть женщины, будут поглядывать не только на товары, но и друг на друга — кто, как и во что одет. Мужчины там, конечно, тоже будут, но, будучи уже опытной женщиной, Ксюша знала, что в таких местах можно встретить только женатых мужчин. Она тут же вычисляла их по глазам, бесцельно бродящим по развалам женских нарядов. Скучающие муженьки, не поспевая за стремительными манёврами жён от прилавка к прилавку, в конце концов, маленькими группками начинали собираться у киосков с хот-догами и пивом.




Разбросав по диванчику все свои наряды, Ксюша с большим наслаждением погрузилась в мир цвета и формы, ища то самое содержание, которое выразит её и расскажет всему миру, как она хороша. Нет большего удовольствия для женщины, как украшать всё собою. По натуре своей Ксения была личностью творческой, а потому и сам акт творчества, каковым является одевание себя, её полностью поглощал.




Стоя перед трюмо, она сначала накинула на себя бирюзовую кофточку с искусно вырезанными из поделочного камня зеленоватыми пуговками… И тут возникла первая проблема! Когда Ксюша покупала эту кофточку, как всякая женщина, живущая впечатлениями и импульсами, увидев красивую вещь, она не устояла перед соблазном её иметь, и вот только теперь, к своему ужасу, она обнаружила, что не может подобрать к этому цвету подходящую юбку или брюки из своего гардероба.



Немного раздосадованная этим неприятным открытием, Ксюша предприняла следующую попытку. На глаза попался свитер ручной работы из натуральной овечьей шерсти с выплетенными косами, спускающимися от воротничка. Надев его, она окинула себя взглядом. Нет, однозначно, сегодня она должна надеть юбку, а свитер подходит только к брюкам. Ксюша сделала ещё несколько попыток, сменяя одну вещь другой.



Откуда-то из глубины её сущности смутно подползла обида неизвестно на что. Ещё оставались нетронутые наряды, но Ксюшей начинало овладевать беспокойство, и после ещё одной попытки она впала в отчаяние — надеть было нечего!



Ах, эта странная женская логика, абсолютно неподдающаяся пониманию мужчин! Можно себе представить, сколько мужей теряли последние остатки терпения, скрежеща зубами, еле сдерживаясь, выдавливали из себя фразу: «Дорогая, мы опаздываем!», и слышали в ответ, после того как жена провела пару часов, роясь в своем до отказа набитом шкафу: «Дорогой!?.. Мне нечего надеть!..». Небольшой инфаркт, инсульт, потеря дара речи — вот что может постичь несчастного. Но может случиться, не дай Бог, конечно, что похуже, и тогда «дорогую» ожидает некролог с соболезнованиями.




Находясь почти в беспамятном состоянии, Ксюша вздрогнула от телефонного звонка, резко прорвавшегося в сумеречные зоны коры головного мозга. Медленно дотянувшись рукой до кроватной тумбочки, она подняла трубку.



— Ксюша, ты готова? — послышался твердый уверенный голос в трубке.
— К чему?.. — небольшая пауза.



Пауза, которая в тяжёлые минуты спасает целую жизнь, она помогла Ксюше вернуться к реальности бытия и вот уже живительной силой по членам пробегают воспоминания и события сегодняшнего дня, это как молодое красное вино, которое удивительным образом настраивает на оптимизм и ожидание предстоящего счастья.



Трубка всё также уверенно продолжала:


— Через десять минут я заеду за тобой. Будь готова.
— Да, Вика! Я уже готова!.. — ответила Ксюша, бешено соображая, что через десять минут за ней заедет подруга, с которой они договорились на сегодня о шоппинге, а она ещё не определилась с нарядом.




За всем этим кошмаром с поиском подходящего наряда мысли о шоппинге куда-то улетучились. И вот, как это бывает в минуты крайней необходимости, когда речь идёт о жизни и смерти, все решения приходят быстро и только те, которые нужно. Ксюше на глаза попадаются голубые джинсики, коричневые ботинки и эта любимая бирюзовая кофточка.



Осталось только нацепить декоративные висюльки, надеть короткое коричневое демисезонное пальто и собственноручно связанную шапочку с шарфиком, фасона взятого из журнала. Уже в коридоре, при свете настенной лампы пришлось наскоро набрасывать макияж: чуть удлинить свои короткие рыжие реснички, подкрасить губы, она на секунду задумалась о цвете губной помады, как он сочетается с её шарфиком, за ушки прыснула любимыми духами, не самыми дорогими, но и не из дешёвых.



Схватив за ремешок сумочку, прихватив с полки ключи, Ксюша вышла из квартиры и побежала по лестнице, оставляя за собой легкий аромат духов. Вот теперь она окончательно была готова прохаживаться по мокрому, чавкающему грязной жижей от тающего снега и песка асфальту.
Ксюша вышла из подъезда, её встретил свежий ветерок и пригревающее солнце. Зима отступала поспешно, и весна нынче предвиделась ранняя. От стен пятиэтажной хрущёвки поднимался нагретый воздух, искажая вид предметов попадающих в этот поток. Во дворе на детской площадке резвилась ребятня.




Ксюша зажмурилась, вдохнула в себя свежесть утра. Настроение было прекрасным и лёгким. За спиной послышалось шуршание автомобильных покрышек, ломающих нетвёрдый лёд и мягкое мурлыканье мотора Викиной машины, белой «Тойоты» без пробега по СНГ. Вика поприветствовала подругу, дважды просигналив. Ксюша шмыгнула в машину с уже приоткрытой Викой дверцей.
— Привет!
— Здравствуй, Вика!
— Это тот шарфик, что ты вязала? — спросила Вика, коротко оглядев подругу. — Красивый узор.



С чего же, как не с одежды начинается любой разговор между женщинами — а всё почему? Да чтобы сравнить себя, а если представится случай, найти какой-нибудь недостаток, изъян в гардеробе ли, ещё ли где… и как бы, между прочим, на это указать. Впрочем, сама женщина в этом не виновна, такова её природа.


— Хочешь, я свяжу тебе такой же? — в свою очередь рассматривая наряд подруги, сказала Ксения.
— Нет спасибо, не люблю узлов на шее.
Ксюша посмотрела на Викины ноги.
— Это вот эти твои новые сапоги? Какой каблук высокий.




В целом, Вика одевалась просто, но практично: кожаная куртка, кожаная кепка, сапоги, перчатки — всё кожа, кожа и кожа. Тем не менее, наряд Вики был подобран со вкусом, по моде, хорошего фасона, со всякими ремешками и пряжечками, цвет у всего этого был коричневато-красный. Яркий макияж дополнял современный облик красивой, уверенной в себе женщины. У Вики были пышно вьющиеся тёмно-каштановые волосы, она частенько их красила, но обходилась без крайностей, радикально не меняя природный цвет.




От себя добавлю — Вика умела смотреть жизни прямо в глаза и не боялась задавать конкретные вопросы. Это говорило о том, что она была умная и волевая женщина. Не всем мужчинам это нравится, но что-то их притягивает к таким независимым натурам. А может, в них срабатывает инстинкт хищника, задетое мужское самолюбие? А когда это самое самолюбие удовлетворяется, мужчины возвращаются к тихим сереньким мышкам, подносящим им тёплые тапочки, и тогда в глубине души эти мелкие хищники самодовольно ощущают себя царями природы.




Машина легонько тронулась с места и покатила, набирая скорость, выехала со двора на центральную дорогу. По улице проносились автомобили, все до одного грязно-серого цвета от слякотных дорожных брызг.



— Вика, как Павел? Он не ворчит, что ты его сегодня одного оставила? А то будет потом на меня коситься.
Эта тема в разговоре подруг всегда следует за взаимными комплиментами по поводу нарядов. Беседа развивается согласно жанру, и каждая из участниц следует своей роли, которую ей не приходится заучивать наизусть, ведь женщина уже рождается с готовым сценарием в голове. Подошла очередь обсудить и то, чем женщины среди прочего так же обустраивают свою жизнь — то есть мужчинами.



— С него хватит на сегодня. Он по утрам себя самцом чувствует. Говорит, утром стояк лучше.



Ксюша скривила мордочку, то ли в смущённой улыбке, то ли хмыкнула. Хотя Ксюша с самого детства дружила с Викой и частенько слышала от неё всякое такое, а та спокойно говорила на эти темы, не выбирая выражений, она так и не смогла привыкнуть к Викиной прямоте в вопросе половых взаимоотношений.




— Он ещё валялся, когда я уходила, — продолжала Вика, внимательно глядя на дорогу. — У него отходняк долгий после оргазма… Ну, зато обещал обед приготовить. Так что обедать поедем к нам, заодно и обмоем покупки.
— Везёт тебе! Он и готовить умеет, и по хозяйству помогает. Красивый, аккуратный, можно сказать, уникальный экземпляр. Сейчас такие мужчины редкость.
— Может, и не такая уж редкость. Больше-то он толком ничего и не умеет делать.
Ксюша, будучи натурой тонкой, почувствовала некоторое напряжение в голосе Вики, когда та говорила о своём мужчине.
— Тут вот работу ему нашла, — глянув в зеркало заднего вида, проговорила Вика. — Поручила дело сделать…
И помолчав, вздохнув, Вика сказала:
— А ну его! Ладно, всё, проехали.
— Вика! Ну зачем ты так говоришь о нём? Он любит тебя, порядочный такой. Он же в рот тебе смотрит.
— Вот про рот-то ты хорошо сказала. Туда только и заглядывает.
Машина резко затормозила, Ксюша обеими руками упёрлась в переднюю панель.
— Вот козёл! — крикнула Вика, глядя на быстро удаляющуюся машину. — Ты смотри, что он делает! Подрезал сволочь! Ты видела!? Придурок!




Они остановились на светофоре. Размалёванная под «гонку» «девятка», ехавшая за ними и подрезавшая их, успела проскочить на жёлтый.
— Из-за таких вот козлов можно жизни лишиться! — не унималась Вика. — Да чтоб ты себе яйца рулём отдавил!



Ксюша поморщилась, то ли от такого экспрессивного выражения, то ли от представившейся помимо воли картины трагедии, которая могла бы произойти с этим несчастным. Впрочем, она была на Викиной стороне.
Будучи в гневе, Вика иногда могла загнуть и покрепче, но, помня о Ксюшиной образованности и причастности к культуре, о её нетерпимости ко всякой вульгарщине, старалась себя сдерживать.



Вика уважала подругу, даже можно сказать, любила, ценила её бесхитростный характер. Это повелось ещё с детства. Она была благодарна Ксюше за ту дружбу, которой та её одарила.
Вика с бабушкой жили не то что бы уж совсем бедно, но на жизнь более-менее приличную денег не хватало. Естественно, это определяло весь образ их жизни. По понятным причинам, Вика не могла позволить себе, как другие дети, купить что-нибудь вкусненькое в школьном буфете, да и прочих детских удовольствий было мало. Усугубляло её разобщение с одноклассниками ещё и то, что в детстве своей нескладной фигурой она больше походила на мальчишку в юбке. К тому же, она была старше всех детей в классе, и это тоже отталкивало их от дружбы с ней. Дети бывают очень жестоки к таким, как говорят, «гадким утятам», и Вике ничего не оставалось, как поддерживать данное судьбой положение изгоя и быть жёсткой, иначе бы заклевали.




Училась Вика средне, но не потому, что была глупой, а наверно, потому, что было обидно, да, обидно на что-то. И не могла она, будучи ребёнком, ответить себе на вопрос, почему жизнь к ней так несправедлива. И только Ксюша, эта ангельская душа, как-то сразу совершенно естественно приняла новую ученицу, пришедшую в их третий класс, приехавшую из села. Ксюша делилась с Викой всем, чем только могла — и тетрадкой, и стиралкой. А один раз она, единственная из класса, подарила Вике на день рождения настоящие цветные заграничные фломастеры. Фломастеры эти привез Ксюшин папа из одной страны социалистического лагеря, и были они в то время предметом зависти многих девочек.



Да, эпоха «развитого социализма» с её пустыми прилавками лишала маленьких детских радостей даже детей живущих в столице, а уж тем более в глубинке. Ох, давно всё это было, как в прошлой жизни. Но, бывает, иногда вспоминается и что-то хорошее из тех давних лет, а впрочем, вспоминается-то это хорошее всего лишь потому, что тогда мы были детьми. Впрочем, извините, отвлёкся, в моём детстве тоже всякое бывало…




Вот так и получилось, что Вика своим маленьким колючим сердечком привязалась к этому ангелочку и приняла всё то доброе, что не дало окончательно окаменеть душе, а сердцу закрыться от этого мира и начать мстить ему за незаслуженную несправедливость. Кстати, эта дружба не раз спасала и саму Ксюшу от разного рода неприятностей, сопровождающих детство и юность.



Вика была девочкой боевой и могла наподдать какому-нибудь задиристому мальчишке, если тому вдруг вдумается приставать к Ксюше. Ксюшины родители тоже приняли Вику без всякой предвзятости и даже где-то принимали посильное участие в судьбе этой девочки, помогали, например, с путевками в лагерь. А поскольку Ксюшин папа был главным инженером на большом заводе, то и лагерь, в который отправляли закадычных подруг, был одним из лучших. Да, и в то время в обществе существовал барьер между теми, кто может и теми, кто не может. Вот за такое отношение Вика и была сердечно благодарна этой семье, и сейчас, уже будучи взрослой состоявшейся личностью, она ни за какие сокровища мира не променяла бы возможность иметь общение с этими дорогими для неё людьми.




— Как на работе, Вика? — поинтересовалась Ксюша.
Ксюша совершенно искренне могла спросить человека о его делах, и для неё это не было дежурной фразой, которая всегда наготове, это в ней всегда подкупало людей.
— Пока держимся. Но заказов на фуфайки уже мало, не сезон. По спецовкам вроде неплохо набрали. Лето впереди, строить больше будут, да и рукавицы всем нужны. Заказы есть, только работай! Кстати, посмотреть мне кое-что надо, заедем в спортивный магазин.



Вика глянула в зеркало бокового вида, включив поворотник, ловким движением повернула руль вправо. Машина выехала на другую улицу, добавив скорости, Вика направила машину в мчащийся по шоссе поток автомобилей.
— На обратном пути заскочим.
— Тебе спортивный костюм нужен?
— Да нет. Видишь ли, Ксения, надо учиться у людей, которые, в общем-то, делают тоже рабочую одежду, только они её для спортсменов делают. Спорт такая же работа. И вообще, надо посматривать — какие модели шьют, как швы обрабатывают, как укрепляют на сгибах…



Вика, плавно сбавив скорость, притормозила у светофора.



— Вот почему мои спецовки хорошо идут? — поглядывая на светофор, продолжала она. — Потому что мы всегда что-нибудь новое придумываем. Естественно, где-то что-то подсматриваем, потом это применяем. Красиво, современно, надёжно.
— Ты, Вика, вообще у нас молодец. Вот взяла же и смогла, своё дело организовала. У тебя люди работают. Я вообще тебе завидую. Не то, что мы две рохли, сели в тёпленьких местах. Яна так вон даже располнела. Дома сидит. Хотя конечно у неё дети, и муж хозяйственный.
— Э-э, милая Ксюшенька! Не дай Бог тебе пройти то, что я прошла. Нет уж, солнышко ты наше, ты занимайся своим — картиночки, иконочки. Я, кстати, ту картину, ну ту с графином, как его?.. Фамилию так всё никак не запомню.
— Смолевский.
— Да, этого самого, Сма-алевского!
Зажёгся зелёный, переключив скорости, Вика плавно тронула автомобиль с места.
— Я его на кухне повесила. Я бы его самого за одно место повесила, за такую мазню!




Вика начала смеяться так задорно, что Ксюша просто не смогла удержаться и так же звонко расхохоталась.
Настроение у обеих подруг было прекрасным. Они знали, что им сейчас нужно от жизни. Они жили здесь и сейчас и были счастливы, потому что они вместе и всегда будут вместе.
Просто Серж, 44
0
17
Комментарии
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться, или если Вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.