Вход Регистрация
Назад
Дневник
СКАЗКА ПРО ЛЮБОВЬ ДЯДИ БОРИ И ТЁТИ ЛЮСИ...
Никто никогда не узнает, Ангел ли Хранитель (или ещё там кто) поцеловал тётю Люсю при рождении, однако ясно было одно - с детства раннего был у тёти Люси особый ДАР - она никогда ни с кем не то чтобы не ссорилась и не ругалась, а даже ни на кого никогда не повысила голос и не посмотрела косо. Мать её, Наталья, растила дочь одна, особо не баловала, покупала ей одно пальто, на пять лет ношения рассчитанное, а когда Люська в первом классе по нечаянности портфель свой школьный прожгла на плитке, Наталья новый ей не завела: как испортила, сказала, так теперь и носи... Потом уже Катерина Бонифациевна, соседка по коммуналке и дальняя родственница, ей портфель сама купила, сказала: "Что же Вы, Наташа, так ведь нельзя... Зачем это Вы так с ребёнком?"... И пальто хорошее вместо кургузой дряни навырост (где только Наталья его, грязно-коричневое, страшное такое, нашла), синее, как море, на котором Люська никогда не бывала (на море Наталья каждый год ездила одна), тоже купила Катерина Бонифациевна. Под цвет Люськиных глаз пальто... До самой глубокой старости помнила тётя Люся этот цвет. "Синий цвет, небесный цвет, полюбил я с малых лет, с детства он мне означал синеву иных начал", - вы правы, товарищи, Бараташвили очень кстати пришёлся... Ладно, я вроде сказку хотела... Так всё и шло, ни шатко, ни валко, дочь расцветала, Наталья старела, как вдруг... пошла Люся на новогодний огонёк и встретила там Борю. Ничего себе особенного, Боря - такой же, как все Бори на свете, не считая того, что у нашего Бори были жена (правда, бывшая) и ребёнок (вполне, как все дети, настоящий). Встречи, провожания, то да сё... Боря брак законный предложил, Люся согласилась, и тут Наталья встала, что называется, на дыбы: да ни за что, да зачем это он тебе, да у него то, да это (тут, ясное дело, был применён убойнейший ненорматив). Паспорт дочкин порвала Наталья, кофты-платья её унесла из дома, спрятала, платье, в котором Люська собралась в ЗАГС идти, облила Наталья подсолнечным маслом (с запахом, - это я про масло). Уж про крик я не говорю, и как посуда из окон летела - это вся улица потом до-олго помнила... Хорошо, не знала Наталья, где конкретно Борька жил, запросто спалить могла... И вот, милые читатели, внимание!!! Люську никто даже и не слышал, ни слова упрёка не было матери сказано... Просто , в чём была, так сказать, Люся, в том к Борьке и ушла. Молча. Паспорт восстановили. Брак оформили позже. Жили хорошо. Двадцать лет - в тесном домишке, где ютились с родителями и сестрой дяди Бори, были мир и согласие. Потом домишко сломали, всех расселили в отдельное жильё... И тут заболела Наталья. Ладно, забрали её тётя Люся и дядя Боря к себе, терпели ещё двадцать лет закидоны, скандалы и выверты, когда совсем слегла, ухаживали, мыли, заботились, не слыша в ответ ни добрых слов, ни похвал, а совсем даже наоборот (соседи ещё ругались: шумит она у вас сильно)... И только в самом-самом конце, когда счёт Натальиной жизни шёл уже на дни и часы, выдохнула она тёте Люсе уже как-то даже и отстранённо:"Доченька моя, милая, красивая ты у меня какая..." Тётя Люся удивилась, отродясь она себя красивой и не считала, но матери, конечно, не стала возражать... Как и всегда. Тут и сказке конец.

Мария, 49
-1
56
Комментарии
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться, или если Вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.